Belle Broderie
Премиум шаблон для uCoz
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 3 из 3
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
Модератор форума: shelen, Vichka, Igolo4ka  
Форум » Вышивка » Конкурсы и Игры » Книга путешествий (Путевой дневник "Большой Регаты на Bellebroderie")
Книга путешествий
lubirinaДата: Среда, 28.02.2018, 09:38 | Сообщение # 41
Лейтенант
Группа: Проверенные
Сообщений: 74
Награды: 6
Репутация: 0
Статус: Offline
shelen, Лена! Спасибо! Подробно рассмотрю вечером. Надо подготовиться к неожиданным поворотам))
Спешу отчитаться. На моем дворе уже Весна. Чувствую, чем ближе март, тем веселее у меня шьется эта работа.
За месяц +3440 кр
Было  Стало 
 
shelenДата: Суббота, 03.03.2018, 17:41 | Сообщение # 42
Генералиссимус
Группа: Модераторы
Сообщений: 2910
Награды: 15
Репутация: 15
Статус: Offline
Мы с вами находимся в Лиссабоне, столице Португалии, на сааааамом краю материковой Европы. Признаюсь сразу - Португалия только в планах, я там не была, поэтому полезна смотреть, что же пишут и советуют в интернетах. И вот коротенький обзор - что же обязательно надо посмотреть и на что обратить свое внимание в Лиссабоне. А также не забываем, что Мадейра - это Португалия! И это целый пласт культуры вышивки, и с ним мы также обязательно познакомимся! 
Ну а пока - Лиссабон. Что нужно обязательно сделать! 
 1. Подняться на «Эйфелевом» лифте и посмотреть на Лиссабон сверху.
Вертикальный «фуникулер», спроектированный учеником знаменитого Эйфеля, более 100 лет поднимает жителей португальской столицы и гостей города из нижних районов в верхние. А наверху нас ждет великолепный вид на Лиссабон со смотровой площадки.

2. Отведать знаменитые пирожные «Паштейш де Белен».
Пирожные с 1837 года делают по таинственному рецепту монахов. С тех пор рецепт пирожных «Паштейш де Белен» остается в тайне. Попробовать такие пирожные и получить истинное удовольствие можно только в Лиссабоне и нигде больше!



3. Покататься на знаменитом лиссабонском трамвае.
Покататься на знаменитой «собачьей будке», трамвайчике №28  Слившись с местными жителями, посмотреть на извилистом маршруте трамвая красоты португальской столицы.Желтые трамваи (по-португальски eléctrico) – один из символов Лиссабона. Их особенность в том, что рельсы проложены на узеньких улочках, поднимающихся на городские холмы. Самый интересный маршрут – №28 – проезжает большинство достопримечательностей и соединяет старинные части города: от  Campo Ourique до площади Martim Moniz.

4. Понять, чем отличается коррида от торады.
Коррида – это в Испании. В Португалии это называется торада. Торада – интересное и непревзойденное зрелище, обязательное мероприятие при посещении Лиссабона. В тураде несколько действующих лиц: кавальеро (всадник), лошадь, форкадос, или фуркадуш (пешие бойцы) и бык.Главная цель турады (торады) — это вовсе не кровавый бой с беззащитным быком. Это — виртуозное владение собой и лошадью перед лицом грозного противника. Это — танец со смертью, в котором человек и лошадь сливаются в единое целое, становятся кентавром и, в конечном счете, обретают самих себя.
5. Нужно продегустировать 170 видов портвейна!!! booze cry
Поднимемся на фуникулере «Глория» прямо к Институту портвейна. Там в дегустационном зале, в уютной и камерной обстановке, можно попробовать более 170 сортов портвейна, включая вина урожая прошлого века.Его родина - город Порто, который дал имя не только стране, но и "портвейну", vinho de Porto. Делают его, впрочем, не в Порто, а намного выше по течению реки Доуро, что значит - "Золотая Река". В стародавние времена здесь мыли золотой песок. Потом запасы дьявольского металла исчерпались, зато в долине Доуро природа (или Бог) дала трудолюбивым, жизнелюбивым и талантливым людям другое сокровище. Чудесное вино, которое ныне славится на весь мир.


6. Обязательно нужно побывать на краю Земли.
Недалеко от Лиссабона находится «Край Земли». Мыс Рока – это самая западная точка Евразии, дальше только Атлантический океан и Северная Америка. Хорошо приехать сюда на закате посмотреть, как солнце садится прямо в океан....

7. Послушать знаменитое лиссабонское Фаду.
Попробовать понять жителей Лиссабона - их менталитет, их печали и радости, светлую грусть и справедливую гордость. Ничто так не раскроет сущность португальцев, как вечер в небольшом традиционном ресторанчике под звуки португальской гитары и лиссабонского Фаду.
Лиссабон — несколько декадентский город, а сами португальцы, если сравнивать их с итальянцами или испанцами, лишены излишнего оптимизма. Здесь тоже никто никуда не торопится, однако медлительность эта связана не с непрекращающейся радостью, получаемой от жизни, а сосредоточенностью на собственных внутренних переживаниях. Фаду, особый стиль португальской музыки — яркое тому подтверждение. Фаду — это об одиночестве, о несчастной судьбе, о любви к родине, о любви вообще, о ностальгии, о грусти. Условно говоря, это такой португальский романс.
Фаду — преимущественно лиссабонская традиция. Для туриста поход в casa do fado, ресторан, где фаду исполняют, — один из пунктов обязательной программы

8. Увидеть с высоты красоты Лиссабона.
На южном берегу реки Тежу стоит статуя Христа, копия знаменитой статуи в Рио-де-Жанейро. У подножья статуи, на высоте 200 метров над уровнем моря, находится смотровая площадка с радиусом обзора 360 градусов. Великолепные виды Лиссабона нам обеспечены!

9. Прогуляться по «Свободным водам».
Акведук «Свободные воды» более 200 лет использовался для подачи пресной воды в Лиссабон. Это 35 арок соединенных между собой, которые стали символом города. Сегодня по аркам акведука проводятся прогулки для желающих.

10. Побывать в Океанариуме.
Очень многое в истории Португалии связано с морями и океанами. И не удивительно, что один из самых больших и красивых Океанариумов в мире расположен в Лиссабоне. Потрясающее впечатление присутствия внутри океанской жизни.

11. Попробовать жинжинью.
Жинжа – сладкая вишневая настойка крепостью около 23 градусов, ее иногда ласково называют «жинжинья». Ритуал распития жинжиньи включает в себя несколько правил. Есть вариант «с ними» или «без них», имеется ввиду ягоды, ценитель всегда пьет «с ними». Настоящая жинжинья пьется только из стеклянной рюмки. Жинжинью не пьют «залпом», ею надо наслаждаться. Её не пьют одну на двоих и никогда не ограничиваются одной рюмкой. Приятного Вам знакомства с жинжиньей!

12. Почтить память Васко да Гамы. Это наверное самый известный португалец, открывший морской путь в Индию, который в последствии стал финансовой артерией мира. Великий мореплаватель похоронен в лиссабонском монастыре Жеронимуш, в архитектуре которого безусловно присутствуют морские элементы.


Я валяюсь на траве, сто фантазий в голове. Помечтай со мною вместе, будет их не сто, а... двести.
 
anna777Дата: Суббота, 03.03.2018, 19:03 | Сообщение # 43
Генерал-майор
Группа: Друзья
Сообщений: 260
Награды: 10
Репутация: 3
Статус: Offline
Будем готовиться . Слушаем фаду
Мариза Рейш Нунеш

Амалия Родригес
 
shelenДата: Вторник, 06.03.2018, 18:45 | Сообщение # 44
Генералиссимус
Группа: Модераторы
Сообщений: 2910
Награды: 15
Репутация: 15
Статус: Offline
Обещанное про Галу и Дали smile 
вообщем, я пришла к выводу, что Дали никаким психом и не был. Отклонения, да, были. И явно выраженная гениальность - развитое воображение, фантазия плюс способность к живописи. Но с детства он настолько культивировал в себе амбиции и желание эпатировать. что избрал этот путь завоевания мира...И так заигрался в сумасшедствие, что в конечном итоге им и стал. Прибавим сюда несомненные проблемы сексуального характера, ну и получаем нынешний образ Дали. Это, правда, мое мнение))))

А вот личность Галы меня интересует не меньше, а может быть, даже и больше, чем сам Сальвадор. Загадка...Напоминает историю с Маяковским и Лилей Брик. Как? Как такого плана женщины сводят с ума сотни и сотни, что же в них такого???? И ведь не скажешь, что они вызывают мимолетное сексуальное влечение - нет, любовь, страсть, сумасшедствие, буквально привязка, химия, массовое помешательство, наркотик, и - на долгие годы без надежды на освобождение. Кому интересно, можно послушать книжку Гала Дали
Самое интересное, что выявляется некоторая закономерность - внешне женщины уж точно не красавицы, по каким угодно канонам красоты, хоть какого времени, но - как пишут о них современники? Очаровательная. великолепная, неподражаемая и т.д. и т. п. А по сути- хваткие, цепкие, любящие деньги, эксцентричные и истеричные, присасывающиеся как правило к гению. Это мои выводы wink И всегда вокруг них либо сексуальные скандалы, либо треугольники. либо все вместе. И внешность - худощавые, жилистые, невысокие, волосы скорее темные, близко посаженные карие глаза, красивые руки. Удивительно.
Видите, один типаж? На первой фотке - Гала. на второй лиля с Маяковским.



Ну а теперь о ней (Гала) , о нем (Сальвадор) и о них вместе.
О ней - нашла более или менее правдивое описание, короткое, насколько это возможно.
Своими словами писать о ней сил нету))))
Елена Дьяконова (именно так ее звали на самом деле) уехала из России в 1912 г. Она заболела чахоткой, и ее отправили на лечение в швейцарский санаторий, где она встретила французского поэта Эжена Гренделя.

Он потерял от нее голову и принял решение жениться, вопреки воле родителей, считавших этот брак мезальянсом. Он посвящал ей стихи и издавал по ее совету под звучным псевдонимом Поль Элюар. Он же называл ее Гала – «праздник».

Гала и Поль Элюар.

Гала уже тогда имела четкие представления о том, каким хочет видеть свое будущее во Франции. «Я буду как кокотка сиять, пахнуть духами и всегда иметь ухоженные руки с наманикюренными ногтями». И хотя она даже в молодости не была красива, в обществе умела производить фурор. Это происходило благодаря непоколебимой уверенности в себе и своих чарах, а также умению интриговать публику. Она появлялась в костюме от Шанель с колодой карт в сумочке и, объявив себя медиумом, принималась предсказывать будущее. Мужчины называли ее «колдовской славянкой» и реагировали на нее так, словно действительно пребывали под действием магии.

Не устоял перед ее чарами и немецкий художник и скульптор Макс Эрнст. Гала не только не скрывала роман от мужа, но и убедила его в необходимости жить втроем. Она всегда проповедовала идеи свободной любви, а ревность считала глупым предрассудком.

На момент знакомства с молодым художником Сальвадором Дали ей исполнилось 36 лет. Он был на 11 лет моложе, никогда не вступал в интимные отношения с женщинами и панически их боялся.

Гала пробудила в нем чувства, которых раньше он не испытывал. По его признанию, она не только вызывала страсть, но и разжигала творческие способности. Он называл ее «демонесса моего гения».
Гала не только дарила мощный заряд вдохновения художнику, но и была его менеджером, создателем «бренда» Дали. Среди ее знакомых было немало влиятельных и состоятельных людей, которым она предлагала вкладывать деньги в творчество мужа. Он подписывал картины «Гала-Сальвадор-Дали», уже не мысля своего существования без своей музы, а она убеждала его: «Скоро вы будете таким, каким я хочу вас видеть, мой мальчик».




Впрочем, не все разделяли восхищение художника. В прессе о нем и его музе писали: «Беспомощный в житейском отношении, чрезвычайно чувственный художник был пленен жесткой, расчетливой и отчаянно стремящейся в верха хищницей, которую сюрреалисты окрестили Гала-Чума». Ее называли «алчной валькирией» и «жадной русской потаскухой».
Гала никогда не отказывала себе в удовольствиях, на что ее муж реагировал спокойно: «Я разрешаю Гала иметь столько любовников, сколько ей хочется. Я даже поощряю ее, потому что меня это возбуждает». А она заявляла: «Жаль, что моя анатомия не позволяет мне заниматься любовью сразу с пятью мужчинами». И чем старше она становилась, тем моложе были ее любовники, и тем большим было их количество.
Говорили, что «ее мальчики стоят целое состояние» – она осыпала их деньгами и подарками, покупала им дома и машины. Однажды один из них, Эрик Сэмон, ужинал с ней в ресторане, а в это время его сообщники пытались угнать ее машину. А вот 22-летний Уильям Ротлейн, которому Гала помогала избавиться от наркотической зависимости, действительно был в нее влюблен. Но после того, как он не прошел актерские пробы у Феллини, ее страсть тут же угасла. А Уильям вскоре умер от передозировки наркотиков. Певец Джефф Фенхольт, исполнивший главную роль в рок-опере «Иисус Христос – суперзвезда», получил в подарок от любовницы дом за 1,25 млн долларов и картины Дали, а после открещивался от связи с ней.
Когда она почувствовала приближение старости, попросила Дали приобрести для нее средневековый замок в Пуболе, где устраивала настоящие оргии. А мужу было дозволено являться туда только по специальному письменному приглашению. И даже это, по его признанию, ему понравилось: «Это условие польстило моим мазохистским наклонностям и привело меня в полный восторг. Гала превратилась в неприступную крепость, какой и была всегда. Тесная близость и, особенно, фамильярность способны угасить любую страсть. Сдержанность чувств и расстояние, как показывает невротический ритуал рыцарской любви, страсть усиливают».

В 1982 г. Гала неудачно упала, сломав шейку бедра. Ее здоровье уже было слабым, в последние дни в клинике она страдала от сильной боли, и вскоре скончалась. Дали усадил ее на заднее сиденье «кадиллака» и отвез в их семейный склеп в Пуболе. Художник пережил свою музу на 7 лет, но это была не жизнь, а медленное угасание и прогрессирующее безумие.

Источник: https://kulturologia.ru/blogs/100617/34876/

Я продолжу дальше, уже о нем, его творчестве и вообще - о причудливости их брака.


Я валяюсь на траве, сто фантазий в голове. Помечтай со мною вместе, будет их не сто, а... двести.
 
shelenДата: Вторник, 06.03.2018, 18:54 | Сообщение # 45
Генералиссимус
Группа: Модераторы
Сообщений: 2910
Награды: 15
Репутация: 15
Статус: Offline
И все-таки редко какой женщине удаётся стать для мужа одновременно матерью, любовницей и другом. А ей блестяще удалось проделать это дважды! Елена Дьяконова знала, что делала, когда взяла себе имя ГалА. Праздник, увлекший в омут безумной страсти не одного гения...

Вот юному Сальвадо­ру шесть лет. Он по­хож на Маленько­го принца из сказ­ки Экзюпери. Боль­шие грустные глаза, пепельные локоны, странная блуждающая улыбка. Все знакомые его родителей говорят: «О, это совершенно необыкновен­ный ребёнок: не шалит, как его сверстники, может подолгу бродить в одиночестве и думать о чём-то своём. Очень застенчив. А не­давно, представьте себе, влюбился и уверяет, что это на всю жизнь!» А было так. Кто-то из взрослых по­дарил мальчику авторучку: в сте­клянном шарике её оправы можно было увидеть красивую даму с раз­вевающимися волосами. Подобно Снежной Королеве она мчалась в санях по ослепительно белому сне­гу, и звёздная пыль оседала на её прелестной шубке... Ручка стала главным сокровищем мальчика. «Вырастет — забудет», — отмахну­лись взрослые. Но он не забыл.
Я знал, что близится час великого испытания, великого испытания любовью...



Сентябрь 1929 года. Небольшой каталонский посёлок Кадакес, что в нескольких километрах от Порт-Льигата. Здесь живёт начинающий художник Сальвадор Дали, извест­ный своими странными картина­ми и пристрастием к философии Ницше. Ему 25 лет, но он всё ещё девственник и даже более того —панически боится женщин. Сосе­ди поговаривают, что молодой че­ловек «с большими странностя­ми», болезненно застенчив, то за­смеётся невпопад, то заплачет, бо­ясь в одиночку перейти улицу. Он очень худ, носит длинные, закрученные вверх усы, смазывает во­лосы бриолином на манер танцо­ров аргентинского танго, одевает­ся в шёлковые рубашки диких рас­цветок, дополняя наряд уродливы­ми сандалетами и браслетами из фальшивого жемчуга.

Той осенью Дали пригласил к себе погостить художника Магрита с женой Жоржет и супругов Элю­ар. Он уже предвкушал, как шо­кирует гостей, выйдя к ним, бла­гоухая «ароматом козла», для че­го ещё с утра заготовил «духи» из клея, сваренного из рыбьих голов, козлиного помета и нескольких капель лавандового масла. Но не­ожиданно из окна он увидел моло­дую женщину, с интересом рассма­тривавшую его жилище. Она бы­ла в белом платье, а её чёрные как смоль волосы развевались по ве­тру. Он тут же вспомнил авторуч­ку из детства и поразился сходству двух женщин. Неужели это Она?.. Он быстро смыл с себя козлиный «аромат», надел ярко-оранжевую рубашку и, заложив за ухо цветок герани, выбежал навстречу гостям. «Знакомьтесь, Дали, — произнёс Поль Элюар, показывая на женщи­ну в белом. — Это моя жена Гала, она из России, и я много рассказы­вал ей о ваших интересных рабо­тах». «Из России. Там много сне­га... Дама в санях», — лихорадоч­но пронеслось в голове художника. Вместо того чтобы пожать женщи­не руку, он лишь глупо захихикал, пританцовывая вокруг неё... С той минуты Дали потерял покой — он влюбился до безумия. «Тело у неё было нежное, как у ребенка, — на­пишет он много лет спустя в сво­ей книге «Тайная жизнь». — Линия плеч почти совершенной округло­сти, а мышцы талии, внешне хруп­кой, были атлетически напряжены, как у подростка. Зато изгиб пояс­ницы был поистине женственным. Грациозное сочетание стройного энергичного торса, осиной талии и нежных бёдер делало её ещё бо­лее желанной». Дали не мог боль­ше работать, его неодолимо влекло к этой женщине.
Я люблю Гала больше, чем отца, больше, чем мать, больше, чем Пикассо. И даже больше, чем деньги.

Она поощряла его неумелые ухаживания, несмотря на присут­ствие мужа. Всё чаще они уходи­ли далеко в горы гулять вдвоём. Он называл её богиней. Однажды, стоя на краю глубокого ущелья, Дали внезапно набросился на неё и начал душить. «Что ты хочешь от меня, отвечай?! Что ты хочешь, чтобы я с тобой сделал?!» — иступлённо кричал он, всё туже сжи­мая пальцы на её шее. — «Взорвите меня», — неотрывно глядя в глаза, прохрипела ему в ответ женщина. И потрясённый Дали вдруг почув­ствовал, что он мужчина...
В 1934 году Гала разведётся с По­лем Элюаром, но из жалости к нему официально оформит свои отношения с Дали только после смерти поэта. (Последний, к сло­ву сказать, до конца своих дней надеялся, что Гала вернётся к не­му, и был готов ей простить всё что угодно.) А пока они с Саль­вадором поселяются в Париже, и Гала приступает к главному де­лу своей жизни — соз­данию «бренда Дали». Она сразу интуитивно почувствовала масштаб его дарования и поня­ла, что он несравненно выше дарования Элю­ара. Что касается ху­дожника, то можно бы­ло решить, что это Гала «взорвала его»: она не только открыла ему прелести плотской люб­ви, но и дала мощный заряд вдохновения. От­ныне Дали пишет фан­тастические картины одну за другой, подпи­сывая их двойным име­нем «Гала-Сальвадор Дали», как будто речь идёт об одном лице. Она внушила ему, что он гений. И он, как ребёнок, верил каждому её слову.

Гала оградила Дали от всего, что мешало ему работать, взвалив на свои плечи и быт, и продюсерские функции. Она предлагала ра­боты мужа галереям, уговаривала своих богатых приятелей (а среди них были такие знаменитости, как Стравинский, Дягилев, Хичкок, Дисней, Арагон) вкладывать день­ги в творчество Дали. Результат не заставил себя долго ждать. К Саль­вадору ещё не пришла всемирная слава, а он уже получил чек на 29 тысяч франков за ещё не написан­ную картину. А к его жене — титул главной Музы. С этого момента супруги начинают буквально ку­паться в роскоши и не устают по­ражать публику эксцентрически­ми выходками. О Дали говорят, что он извращенец, шизофреник и капрофаг. Его знаменитые усы и выпученные безумные глаза знает весь мир. О Гала в прессе не пере­стают злобно судачить: «Семейная пара Гала-Дали в какой-то мере напоминала герцога и герцогиню Виндзорских. Беспомощный в жи­тейском отношении, чрезвычайно чувственный художник был пле­нён жёсткой, расчётливой и отча­янно стремящейся в верха хищни­цей, которую сюрреалисты окре­стили Гала-Чума». Но влюблённым нет до этого никакого дела!
Дали без устали рисует свою Гала то в образе Богоматери, то Еле­ны Прекрасной, а то и... женщины с отбивными на спине. Когда спрос на его живопись начал падать, Гала тут же подбросила ему идею соз­давать дизайнерские вещички, и «далимания» повторилась с новой силой: богачи со всего мира при­нялись раскупать странные часы, слонов на длинных ногах и крас­ные диваны в форме губ. Теперь уже не было нужды убеждать Да­ли в его гениальности, потому что он как никогда верил в себя. Верил настолько, что даже рассорился со своим другом Бретоном и другими сюрреалистами, безапелляционно заявив однажды: «Сюрреализм — это я!»


Мировую славу я завоевал с помощью Бога и повседневного героического самопожертвования необыкновенной женщины — моей жены Гала.

Всё закончилось в 1982 году, когда Гала сломала шейку бедра при падении. Вскоре она умерла. В последние дни в клинике старая женщина, страдающая от сильной боли, покинутая всеми молодыми любовниками, была на грани бе­зумия и всё время старалась спря­тать деньги под матрас.

Сальвадор Дали надел на по­койную жену её самое красивое алое шёлковое платье, большие солнцезащитные очки и, усадив как живую на заднее сиденье «кадиллака», повёз к месту последне­го приюта — в их семейный склеп в Пуболе. Забальзамированное те­ло Гала положили в гроб с про­зрачной крышкой и тихо похоро­нили. Дали не пришёл на погребе­ние, а лишь несколько часов спу­стя заглянул в склеп, чтобы про­изнести всего одну фразу: «Ви­дишь, я не плачу»...
За несколько недель до ее смерти художник написал картину «Три знаменитые загадки Гала».

Очевидцы говорили, что с ухо­дом Гала не стало и прежнего Да­ли. Он больше не писал, мог по­долгу не есть, часами громко кри­чал, плевал в медсестер и царапал им ногтями лицо. Безумие оконча­тельно овладело его разумом. Его нечленораздельное мычание никто не понимал. Он пережил Гала поч­ти на семь лет, но это была уже не жизнь, а медленное угасание. Гала-концерт кончился, огонь вдохнове­ния погас, и художник погрузился в серые будни, которые больше все­го не любил в жизни. Он мог часа­ми сидеть в столовой замка, в ко­торой все ставни на окнах в любое время дня были плотно закрыты. Согласно завещанию, Сальвадора Дали не похоронили, а выставили забальзамированное тело под «геодезическим куполом» в фамиль­ном склепе подле Гала.

А чуть поодаль установили жёл­тую лодку, носящую имя жены ху­дожника. В своё время Дали при­вёз её из Кадакеса, где он впервые встретил свою «черноволосую да­му из детства» и был так сюрреа­листически счастлив.


Я валяюсь на траве, сто фантазий в голове. Помечтай со мною вместе, будет их не сто, а... двести.
 
LinceДата: Среда, 28.03.2018, 17:02 | Сообщение # 46
Генерал-лейтенант
Группа: Друзья
Сообщений: 775
Награды: 34
Репутация: 6
Статус: Offline
Наташа, Оля, спасибо за поддержку  smile . Все потихоньку налаживается, в том числе и моя форумская активность. И поскольку у нас уже несколько этапов не было исторических отступлений думаю сейчас можно немножко поговорить про английскую монархию и одну из самых успешных клеветнических компаний в истории. Ибо вся история ангийских королей - это история предательств.
Далеко в глубь вековь не пойдем, начнем с Вильгельма Завоевателя. Собственно никаким "Завоевателем" он при жизни не был. Современники знали его как Вильгельма Бастарда (он был незаконным сыном Роберта Дьявола, герцога Нормандского). Маленький штрих к характеру Вильгельма - история его сватовсктва
  Матильде Фландрской. Несмотря на свой крохотный рост, 22-летняя дочь графа Фландрского имела большую гордость. Когда к ней посватался Вильгельм, Мод фыркнула, что слишком благородна что бы стать женой бастарда. Что делает в ответ Вильгельм? Он скачет, как безумный, к дому Мод, находит гордячку на пути в церковь, стаскивает ее за косы с лошади, встряхивает неслабо, и отталкивает так, что она падает на землю. Естественно, окружающие хватаются за мечи, но в голове у Матильды что-то, очевидно, встало на место, потому что она остановила схватку согласием на брак с Вильгельмом - и, как известно, этот брак был счастливым  wacko . Свои права на Английскую корону Вильгельм обосновывал неким устным (!) соглашением между ним и Гарольдом (другим претендентом на престол) о том, что последний уступит Вильгельму корону в благодарность за выкуп из плена. Однако после смерти предыдущего короля английская знать и духовенство практически единогласно избрали преемником Гарольда. Вильгельм стал собираться в поход. И вот тут ему невероятно повезло, в дело вмешалась "рука Киева". Потому что одновременно с Вильгельмом на Англию претендовал еще и Харольд Норвежский (он, конечно, тоже Гарольд, но будет Харольдом, что б не путать). А кем у нас был Харольд? Сын норвежского конунга, в юности поступил на службу к князю Ярославу Мудрому, влюбился в его дочь Елизавету и просил ее руки. Князь отказал. Тогда Харольд отправился в Византию за деньгами и славой. Добыв того и другого вернулся в Киев и снова посватался к Елизавете Ярославне. В этот раз претендент был признан достойным, Ярослав дочь отдал, да еще и подсобил в завоевании норвежского престола. И вот этот самый Харольд 3 Смелый теперь тоже решил организовать вторжение в Англию.



Гарольд Английский собрал войско, двинулся навстречу норвежцам и ожержал решительную победу. Харольд смелый был убит. А буквально через три дня на другом конце Англии высадился Вильгельм. Предприняв отчаянный марш-бросок войско Гарольда поспешило навстречу новому врагу. Однако воинам пришлось вступить в бой не отдохнув, плюс сам Гарольд погиб в самам начале сражения...
Для краткости опустим переход власти от Вильгельма 1 к его третьему сыну Вильнгельму 2 и далее к младшему сыну  Генриху 1.(братья немножко поубивали друг-друга, но прямых доказательств нет). А вот с Генрихом вышла крупная неприятность. Его единственный сын Вильгельм утонул во время кораблекрушения. Осталась дочь - Матильда. Папа-король, неплохо зная честность своих подданых заставил их дважды (!) принести Матильде клятву верности. Что не помешала благородным джентельменам мгновенно изменить ей по смерти Генриха 1. Королем стал Стефан, кузен Матильды. Однако последняя не собиралась сдаваться и путем многолетних интриг выцарапала корону для своего сына, который вошел в историю как основатель династии Плантагенетов Генрих 2, муж Алиеноры Аквитанской. Про сыновей Генриха 2 - Ричарда 1 Львиное Сердце и Иоанна (он же принц Джон) знают все, кто читал Айвенго или Робин Гуда. :-)). Там не все правда, ну да ладно. Про Джона в основном помнят то, что он подписал Хартию Вольностей и утопил казну, включая древнюю корону Англии.
Наследовал Джону его сын Генрих 3. Именно при нем восходит звезда Симона де Монфора, которого принято считать основоположником английского парламента. 



Судя по всему, де Монфор был явно нечист на руку. Он потихоньку занял деньги у дяди королевы, назвав поручителем короля, который и знать об этом не знал. Затем объявил, что собирается ехать воевать в Святую землю, собрал под этот проект деньги, даже исчез на короткое время, но вскоре появился обратно. Через некоторое время (когда предыдущие средства закончились) он попытался повторить трюк, но Генрих услал его в Гасконь. Гасконские бароны очень скоро взвыли от поборов де Монфора, пожаловались Генриху, и тот начал расследование злоупотреблений. Однако палата пэров де Монфора освободила от всех обвинений.  Де Монфор возглавил оппозицию, которая быстро вылилась в войну, в результате которой и Генрих, и его старший сын Эдуард попали в плен. Правда они упустили королеву, а в истории Англии женщины всегда играли очень заметную роль. Королева Элеонора Прованская бежала на родину, во Францию и, через некоторое время, внезапно появилась у берегов Англии  с собранным во Франции войском наемников. А тут еще принц Эдуард бежал из замка Херефорд, где содержался под домашним арестом. Сбежал до гениальности просто,  согласно плану еще одной решительной дамы - баронессы де Вигмор. Она предложила принцу каждый день соверщать длительные прогулки верхом. Ехал принц медленно, нюхал цветочки, слушал птичек и вскоре эти прогулки стали для стражи скучнейшей рутиной. До тех пор пока в один прекрасный день на окраине леса не возникла группа всадников к которой принц вдруг помчался во весь опор, Кавалькада устремилась к замку баронессы, где их уже ждали свежие лошади - любезность , в которой бросившимся в погоню стражникам, было отказано. В последствии этот принц стал королем Эдуардом 1.
Двух Эдуардов - первого и второго совсем пропустим, а на третьем остановимся только в связи с его исключительной плодовитостью, что и привело к печальным последствиям.
продолжение следует... (поздно вечером shy )


Я-Маша, ко мне на ты, пожалуйста.

Сообщение отредактировал Lince - Среда, 28.03.2018, 17:05
 
LinceДата: Четверг, 29.03.2018, 05:54 | Сообщение # 47
Генерал-лейтенант
Группа: Друзья
Сообщений: 775
Награды: 34
Репутация: 6
Статус: Offline
Продолжение

Эдуард 3 формально стал королем в результате государственного переворота, а потом и убийства его отца, Эдуарда 2, организованного королевой Изабеллой, которая приходилась третьему Эдуарду матерью, а второму, соответственно, женой. Фактически же вся власть в стране перешла к любовнику Изабеллы, лорду Мортимеру. Погубила Мортимера собственная наглость. Малолетнего (как ему казалось) короля он не ставил ни в грош и собирался короноваться сам.  Однако не всех устраивало такое положение дел и однажды ночью, пройдя через потайной ход, юный Эдуард в сопровождении всего-то двенадцати человек проник в покои Мортимера и арестовал его. Вскоре лорда повесили, а королеву-мать удалили от двора. Надо сказать, что у этого Эдуарда, помимо верных соратников, был в рукаве еще один козырь - ему невероятно, просто фантастически повезло с женой. В свое время, Изабель женила Филиппу на сыне, исключительно ради приданного девушки. Именно на эти деньги были наняты наемники, скоторыми она высадились в Англии. Самой девушкой никто не интересовался, а
напрасно. Потому что девушка была по-настоящему хорошей, очень доброй, очень внимательной, и,
по-видимому, обладала истинной интеллигентностью. Филиппа стало чуть ли не единственной королевой-иностранкой которую в Англии приняли и полюбили. К тому же она регулярно рожала своему мужу детей.
Старшим был тоже Эдуард, по прозвищу Черный принц (по цвету доспехов). О его жене, Джоан Кентской стоит, пожалуй, сказать отдельно. Дама былаявно не рядовая. 12 лет от роду она тайком вышла замуж заТомаса Холланда, графа Кентского. Для девушек ее положения для брака нужно было
разрешение самого короля, которое молодая пара не удосужилась даже спросить –
все равно шансов на получение такого разрешения было ноль целых, ноль десятых.  Томас отправился воевать, а Джоанна осталась дома. Поскольку она приходилась кузиной Эдуарду III, то он и решил, за кого ее выдать замуж: за Вильяма Монтескью,
графа Салсбери. Думаете Джоан стала скандалить, говорить, что она уже замужем, возражать? Ничего подобного - хитрая девица покорилась воле царственного дяди, благоразумно промолчав о своем тайном браке. Якобы из страха за жизнь любимого. Но когда тот вернулся, с богатством и
славой, и потребовал у папы Клемента VI, чтобы ему вернули его жену, Джоанна
решительно поддержала это требование. За что была заключена под арест графом
Салсбери в собственном доме. Оттуда и пришлось графу Салсбери отправить ее к
Холланду, когда папа решил тяжбу за жену в пользу последнего. С Холландом она
нажила четверых детей и осталась вдовой. Вот тут-то и выяснилось, что в нее давно уже был влюблен Черный Принц, наследник
престола. У У Эдуарда III перспектива получить в невестки даму с репутацией
Джоанны энтузиазма не вызвала. Ибо странный закон гласил, что ее живущий
экс-супруг имел полное право объявить своим любого ребенка Джоанны, даже в
случае, если бывшие супруги в глаза друг друга годами не видели. При этом, Джоанна
приходилась Черному Принцу двоюродной теткой, то есть находилась к нему в той
близкой степени родства, которая запрещала брак. Ну и кого это остановило? Она просто снова выкинула старый трюк - они поженились тайком. Королю не оставалось ничего
другого, как только буквально выкрутить у папы разрешение на этот брак, и
отпразновать свадьбу наследника пост-фактум, со всей надлежащей пышностью. У пары рождается сын Ричард, но практически сразу после его рождени Черный принц умирает - раньше отца, Эдуарда 3.

Вторым сыном Эдуарда был Лайонел, герцог Кларенс. Сыновей у него не было, а единственный внук умер бездетным. Но внук все-таки был! (запомним это).
Третий сын - Джон Гонт, герцог Ланкастер. Женат был трижды - превый раз на Бланке Ланкастерской (сын Генрих Болингброк - законный сын), второй раз на Констанции Кастильской (выживших сыновей нет), а третий раз (внимание!) на своей многолетней любовнице Катерине Свинфорд. Дети Джона и Катаринывпоследствии были легитимизированы и папой, и парламентом, но с условим, что
никогда ни они, ни их потомки не будут претендовать на трон страны. (!!!)
Четветый сын - Эдмунд, герцог Йорк, именно его внук Ричард возглавит партию Йорков во время войны Роз (здесь все дети законные).
Все, остальные дети Эдуарда нам не нужны :-)).Наследовал ему внук, Ричард 2. Ричарда мы все учили в школе в связи с восстанием Уота Тайлера. Регентом при Ричарде становится дядя Ланкастер - Джон Гонт. Но по мере взросления Ричарда отношения родственников стремительно портятся. Король хочет править сам, Джон Гонт не собирается делиться властью. Вообще история Ричарда 2 сильно напоминает истории Ивана Грозного и Петра Великого - подросток, окруженный опытными придворными резко берет власть в свои руки. (Ричард женился - что сделало его в глазах всех монархов Европы совершеннолетним и самостоятельным). Однако и Джон Гонт имеет немалый авторитет. В конце концов дядя Джон умирает и вот тут-то Ричард и совершает главную ошибку своей жизни - он реквизирует всю собственность Ланкастеров в пользу короны, оставив своего двоюродного брата, Генриха Болингброка практически нищим и, к тому же, изгнанником. Возмущенный Болтнгброк набирает наемников и высаживается в Англии. Встретившим его баронам он говорит, что просто хочет вернуть свое. Однако по ходу дела входит во вкус и захватывает трон. Ричард 2 заключен в замок Понтефракт и уморен голодом .

Добавлено (29.03.2018, 05:18)
---------------------------------------------
Болингброк становится Генрихом 4 Ланкастером. После него будет править сын, Генрих 5, которого любящий папочка, в политических целях женит на Екатерине Валуа, дочери короля Франции Карла 6, который, как известно, был сумасшедшим. Слабоумием будет страдать и сын Екатерины, будущий Генрих 6.
Генрих 6 стал королем в два года, а Екатерина Валуа, соответственно, осталась молодой вдовой. Вот тут-то в ее жизни и нарисовался некий Оуэн Тюдор. Оуэн Тюдор, утешавшиймолодую и всеми забытую вдову, был невероятно далек по рангу от
королевских семей и сам факт, что он
смешал свою кровь с королевской в аж трех детях, был достаточно дерзким.
Будь тогда в Англии у власти не Генрих 6, а другой король, не сносить бы Оуэну
головы, а дети были бы несомненно отданы в монастыри. Но Генрих-то к родству и крови относился более, чем серьезно. И мать свою он
тоже очень любил. Вот и воспитал он своих сводных братьев при дворе, да и Оуэн
как бы был принят если не равным, то своим. Слабый король, Генрих был
невероятно упрям и неуправляем, когда дело касалось лояльности к тем, кого он
считал своими. При этом не существует никаких документальных подтверждений того, что Оуэн и Екатерина были женаты.

Генриха 6 свеграют Йорки - на трон восходит сын герцога Ричарда Эдуард, под номером 4. А после Эдуарда в истории Англии появляется самый неоднозначный и оклеветанный король - Ричард 3.



Шельмование Ричарда начал человек, считающийся в Англии практически святым - Томас Мор. Авторитет Сэра Томаса возводит его историю Ричарда 3 практически в ранг абсолютных истин. Однако при внимательном прочтении в ней обнаруживается масса исторических неточностей, а кое-где Мор прямо перевирает факты. Почему? В оправдание Мора обычно говорят что он: 1 - писал с чужих слов, в основном со слов епископа Мортона, а этот тип Ричарда ненавидел; 2- возможно стремился написать не историческое исследование, а художественное произведение и вывести в нем, на примере Ричарда, абсолютное зло (действительно, История изобилует выдуманными диалогами и мыслями персонажей); 3 - Историю Ричарда 3 Мор не закончил, возможно сам все понял.... Но, к сожалению, на основании Истории Мора своего Ричарда 3 написал Шекспир, а он был гением. С гениями спорить трудно, но я все-таки попробую.
Начнем с внешности Ричарда - все, кто читал Шекспира знают, что Ричард "урод, горбатый телом и душой".  Так вот - Ричард не был горбат! У него был сколиоз, вследствие чего одно плечо было чуть выше другого, вот и все. Современники скорее описывают Ричарда как миловидного молодого человека, несколько хрупкой наружности (ну по сравнению со своими богатырями - братьями не удивительно). При этом Ричард много занимался с оружием и был прекрасным и опытным воином (он превосходно владел боевым топором, а это не шуточки). Отсюда, кстати и "сухорукость". Опять же - не было такого! Просто мускулы на правой руке, которой, собственно, и махали топором были развиты гораздо сильнее, чем мускулы на левой, в которой Ричард в бою держал кинжал.
А теперь попробуем забыть про Шекспира и оценить Ричарда по его поступкам.

Ричард и предательство:

Ричарду было всего 6 лет, когда иоркисты и ланкастеры вступили в открытое противостояние. Когда мальчику исполнилось семь, королевские войска взяли замок Ладлоу, там они обнаружилигерцогиню Сесилию Йорк и ее младших сыновей — семилетнего Ричарда и
десятилетнего Джорджа. В «Хронике царствования… Генриха
 VI»говорится, что «с благородной герцогиней обошлись грубо и бесчеловечно». В ходе этой войны погибает отец Ричарда, а трон достается его старшему брату Эдуарду. Эдуард посвящает Ричарда в рыцари. На гербе Ричарда начетан девиз - "Верность связывае меня". И этому девизу Ричард будет следовать всю жизнь - ни разу не предаст он доверия своего старшего брата (в отличае от среднего братишки - Джоржа Кларенса).
Эдуард 4 тайно женится на Елизавете Вудвил, что приводит к резкому охлаждению между королем и его ближайшим союзником - графом Уориком. Как следствие - новое вооруженное столкновение, в результате которого Эдуард взят в плен. На стороне Уорика выступает средний брат - Джорж, женившийся на дочери последнего. Ричарду тоже предлагали переметнуться, но он остался в числе немногих, сохранивших верность своему королю. Ричард сорбирает войска, в результате чего в распоряжении Эдуарда оказывается вполне боеспособная армия. Не себе, заметьте, собирает, а брату! Эдуард делает Ричарда констеблем Англии - это значит, что он безгранично доверяет младшему брату.

Добавлено (29.03.2018, 05:35)
---------------------------------------------
Но война продолжается и в какой-то момент Эдуарду 4 приходится бежать из станы. В числе буквально десятка человек, не бросивших короля находится и Ричард. Он бежит с братом в Бургундию, а затем вместе с ним возвращается отвоевывать Английский трон. Сражение при Барнете, где Ричард впервые командовал войсками заслуживает отдельного описания. Ранним утром  Эдуард 4 выстроил свои войска для битвы.  Перед рассветом на землю опустился густейший туман. По свидетельству современников,
разглядеть что-то дальше, чем в 10 метрах, было решительно невозможно.
Противники скорее не увидели, а услышали друг друга, когда Эдуард 4 приказал
трубить наступление. Из-за тумана никто не заметил, что ночью йоркисты заняли
позицию наискосок от воинов Ланкастеров. Вообще не встретиться армиям не
грозило, но их правые фланги выступали далеко за ряды противников.
 Для Ричарда бой при Барнете начался несколько необычно. Он поместил по флангам лучников. Между ними стояла линияспешенных воинов в доспехах. Даже самые знатные лорды, как и сам король, бились
пешими. Кавалерия использовалась только для разведки и преследования. Итак,
отряд Ричарда протрубил наступление, лучники произвели залп по
предполагаемому противнику, и вооруженный боевым топором Ричард повел воинов в
атаку. Но, поскольку его отряд находился на правом фланге, противника
перед ним просто не оказалось. Ориентируясь на шум битвы, воины Ричарда
повернули влево и напали на отряд ланкастерцев с фланга. Поначалу наступление йоркистов было весьма успешным.
 В этом «туманном» сражении полководцам приходилось лишь догадываться о том,что происходит на поле боя. Атакованный с фланга Экзетер послал к Уорвику гонца
с просьбой о помощи. Уорвик, видимо, решил, что йоркисты
сосредоточили основные силы именно на правом фланге, и бросил на помощь
Экзетеру почти все имеющиеся резервы. Отряд Ричарда начали теснить, им грозило
поражение. Но и на этот раз туман сослужил йоркистам добрую службу.
 В центре шло вполне тривиальное сражение — отряды Эдуарда 4 храбро атаковали воинов Уорвика, те героически сопротивлялись. Зато на правом фланге
армии Ланкастеров творилось нечто невообразимое. Возглавлявший этот фланг лорд
Оксфорд повел своих воинов в наступление и, так же как и Ричард, обнаружил, что
противников перед ним почему-то нет. Порыскав в тумане, он также
сориентировался на шум битвы и набросился на отряд иоркиста Гастингса с фланга. Под
натиском с фронта и с флангов большая часть воинов Гастингса обратилась в
бегство. Сторонники Ланкастеров упоенно бросилась их преследовать, но, доскакав
до Барнета, решили оставить это трудное занятие и предались грабежам.
 Несмотря на разгром левого крыла, центр армии йоркистов и ее правый флангпродолжали мужественно сражаться. Секрет стойкости воинов Эдуарда 4 и Ричарда был очень прост. Туман милосердно скрыл от них происходящее, и они
просто не знали, что от левого фланга почти ничего не осталось. Эдуард 4
проявил завидное хладнокровие и решил пока не задействовать резерв. Из-за всех
этих перемещений линия битвы разительно изменилась, войска развернулись почти
на 90 градусов.
 К несчастью для Ланкастеров, граф Оксфорд счел своим долгом вновь построитьсвой отряд и вернуться на поле битвы. Оторванные от грабежей воины спешили
добить йоркистов и вернуться в Барнет. Их энтузиазм не привел ни к чему
хорошему. Из-за всё того же тумана граф Оксфорд промахнулся и подошел к армии
Ланкастеров с фланга. Ситуацию усугубила геральдическая эмблема на знамени
Оксфорда — звезда в окружении лучей. Дело в том, что воины Эдуарда 4 шли в бой
под знаменем, на котором было изображено солнце с лучами. В суматохе боя
командовавший отрядом Ланкастеров маркиз Монтегю обознался и отдал приказ
стрелять. Раздались крики: «Измена!» Солдаты Оксфорда и Монтегю наконец
разглядели друг друга. Поскольку их предводители никогда не были в хороших
отношениях, поверить в предательство было очень легко. Оба отряда охватила
паника, воины Оксфорда обратились в бегство, солдаты Монтегю остались на месте,
но только для того, чтобы стать жертвами решительной атаки Эдуарда 4.
 Король, скорее всего, не понял, почему его враги пришли в замешательство,но поспешил воспользоваться ситуацией. Вместе со всем резервным отрядом он
атаковал центр войска Уорвика. Результатом явилось отступление армии
Ланкастеров. К этому времени Ричард был легко ранен, и все же он повел
своих воинов вперед, они влились в общую атаку. Армия Уорвика обратилась в
паническое бегство. Сам Уорвик пытался бежать и был убит.


Добавлено (29.03.2018, 05:54)
---------------------------------------------
Ричард и Анна Невиль:

Шекспир обвиняет Ричарда в соблазнении Анны прямо над телом ее мужа, якобы горячо любимого. На самом деле, если Анна кого и любила, так это Ричарда, причем, скорее всего, взаимно. Познакомились они еще детьми, но потом Уорик, отец Анны, практически заплатил ею за союз с королевой Маргаритой. Анна стала женой сына Маргариты и Генриха 6, а потом и его вдовой. После чего Анна попадает в дом своей сестры, Изабеллы, жены среднего из братьев Йорк - Джоржа Кларенса. Джорж становится ее опекуном и быстро соображает, что пока Анна не замужем, он может распоряжаться всем ее немаленьким состоянием. После чего Анна исчезает. Подняв на ноги всех своих людей Ричард ищет Анну и находит ее переодетой в доме одного из союзников Джоржа. Ричард отвозит Анну в монастырь, где она находится под защитой и сама, без принуждения принимает решение выйти за Ричарда. Этот брак, по свидетельству современников, был счастливым.

Ричард и корона:

После смерти Эдуарда корона должна перейти к его старшему сыную и Ричард спешит привести север страны в присяге юному принцу. При этом Ричард становится лордом-протектором до совершеннолетия короля и вот это уже совершенно не устраивает Вудвилей и королеву.

продолжние опять таки следует - остались два самых тяжелых обвинения - казнь лорда Гастингса и Принцы из башни.


Я-Маша, ко мне на ты, пожалуйста.

Сообщение отредактировал Lince - Четверг, 29.03.2018, 05:56
 
LinceДата: Четверг, 29.03.2018, 21:48 | Сообщение # 48
Генерал-лейтенант
Группа: Друзья
Сообщений: 775
Награды: 34
Репутация: 6
Статус: Offline
Спасибо :-)) Лен, там такие сюжеты, что ни одному писателю не придумать .

Итак, окончание (я надеюсь :-))) )

Сначала еще пара штрихов к портрету Ричарда Глостера.
Ни один (!) современник не описывает Ричарда как урода, наоборот - вот прямые цитаты из исторических документов
«Ричард был самым красивым мужчиной в комнате, за исключением его брата Эдуарда,и он был хорошо сложен» - графиня Десмонд описывает, как она танцевала с
Ричардом.
«Он был хорошо сложен, но низкорослый» - Джон Стоу, цитирует воспоминания
человека, который видел Ричарда.
«...у него изящные руки и ноги, и благородное сердце» - Николас фон Поппелау в
дневнике.
«... он очень благородный принц, покровитель рыцарских достоинств, ведущий
себя, как принц, и чертами лица очень напоминает благородного герцога Йорка,
своего отца» .

Еще одним доказательством отсутствия у Ричарда заметных физических недостатков являются его прекрасно сохранившиеся доспехи (и недавно найденный скелет)
Ричард был весьма великолепно образован современники описывают герцога Глостера, как человекаблестящих интеллектуальных способностей. Что касается характера, то он был
ровно настолько молчалив и закрыт, насколько Кларенс был громогласным
экстравертом. Он очень осторожно делился своими соображениями, научившись этому
удивительно рано, но в целом был человеком неконфликтным, если только вопрос не
касался его основных убеждений. Неторопливым в действиях, очень основательным,
очень рациональным. Он умел быть доступным самым разным людям,
не теряя при этом достоинства.

Зато если уж Ричард говорил – это было нечто невероятное - Ричард мог
достучаться своими речами до кого угодно, он обладал совершенно необыкновенным
голосом и потрясающей манерой речи.
При этом несмотря на титул, положение брата короля и привлекательную внешность, Ричард
был набожным и не терпел разгульной жизни и разврата. У него был  всего один серьёзный
роман, да и то до брака с Анной и двое внебрачных детей (мизер по тем временам). Детей он признал и держал при себе.
После битв при Барнете и Тьюксбери  и окончательной победы короля
Эдуарда
 4 над династией Ланкастеров, девятнадцатилетнийРичард Глостер оказался на вершине воинской славы. Фактически, он становится вторым
лицом в королевстве в те дни. Хотя герцог Кларенс был старше, но его  репутация была неисправимо загублена двумя предательствами: сначала он
предал брата, а затем – тестя. Как бы ни вели себя английские аристократы в реальной жизни, они все еще восхищались
лояльностью и преданностью хотя бы в идеале. А Ричард, похоже, был еще и неисправимым романтиком - сохранились его записи о том, как он мечтал о посвящении в рыцари и какое значение этому предавал.

Итак: герцог, брат короля, хорош собой, молод, образец рыцарства, богат, Ричард
был, без сомнения, первым женихом в Англии и мог претендовать на руку любой
европейской принцессы.
 Однако онвыбрал Анну Невиль – дочь погибшего государственного преступника.  И еще маленькая деталь - после свадьбы из своих личных средств он выделил особую статью расходов, под названием:«Подарки для моей дорогой жены Анны» (расходные ордера до сих пор хранятся в
архивах).
 Суммы расходов были очень велики по тем временам.

Эдвард 4 не мог простить французскому королю Луи то, что тот умело выстроил интригу против дома Йорков и Эдварду пришлось бежать из страны буквально в чем был. Поэтому Эдвард более чемохотно ухватился за прямолинейный намек герцога Бургундии повоевать с Луи за ту
мизерную помощь, которую герцог в свое время оказал беглецам. В 1475 году он
созвал обоих братьев и всех ноблей Англии собрать войска для похода на Францию.
 Несомненно, Ричард Глочестер отозвался на этот призыв более, чем охотно –эта война должна была стать высшим проявлением феодальной доблести.  Эдвард собрал более чем приличную армию... Чем закончился этот поход, известно очень хорошо: корольЛуи просто откупился. Он подкупил всех, начиная с Английского короля. Единственным, кто категорически отказался от денег, был Ричард Глочестер. От внимательных глаз Луи не ускользнула эта оппозициябрата короля. Ведь Ричард даже не явился на празднество в связи с подписанием
договора. Тем не менее, король Франции не терял надежды – ведь Ричард прекратил
негодовать сразу же после того, как договор был подписан. Луи пригласил Ричарда
в Амьен, где попытался одарить его дорогими лошадьми и вооружением, но и этот
подарок Глочестер отверг, повторив, что хотя он считает себя обязанным
следовать решениям брата, любые попытки денежной компенсации за этот абсурдный
поход он расценивает, как бесчестье.


Ричад Глостер и Джорж Кларенс.
Я не буду подробно расписывать за что поплатился жизнью герцог Кларенс, но интесно как менялась со временем роль Ричарда в этой истории. Современники прекрасно знали, что Ричард единственный (!) из всей семьи публично возражал против казни (молчала даже мать). Этого не может скрыть даже Мор, но, признав за Ричардом нечто хорошее, он тут же иезуитски добавляет, что Ричард, без сомнения, был очень доволен в душе (не иначе как Сэр Томас был телепатом и умел общаться с духами). Ну а Шекспир просто делает Ричарда заказчиком этой казни - все, мышеловка захлопнулась.

Но вернемся к смерти короля Эдварда.
Классическая иллюстрация к пьесе Шекспира



Коварный Глостер притворно просит перед больным братом прощения за все причинённыекоролеве обиды. Ничего что Ричардане былов Лондоне намомент
болезни и смерти брата? Он о них даже не знал. И он никогда не был в
конрах с Вудвиллами вообще и с королевой Лиз в частности.

Формально старшими принцами дома Йорков теперь были сыновья покойного короля.
Ноони были и малы, и, увы, довольно невежественны для такой роли. Поэтому старшим
в доме оказался именно Ричард. Ситуация была критической: либо оставить все,
как оно есть – но это привело бы к непредсказуемым последствиям, ведь корона на
Йорках еще сидела несколько неустойчиво, либо встать в открытую оппозицию к
королеве, взяв поспитание племянника для ожидающей его работы на себя. И Ричард
отправился в Людлоу, где все еще находился наследник престола. В тот момент компанию наследнику составляли исключительно родственники егоматери: ее брат, лор Риверс,
довольно продажный и жадный тип, и ее сын от
первого брака, лорд Ричард Грей. Известие о том, что их подопечный практически
стал королем, было ими получено из письма овдовевшей королевы. Компания
собралась в Лондон. К моменту смерти Эдварда IV королевский двор делился на две
фракции: партию королевы, которую составляли ее многочисленные родственники и
их ставленники, и древняя аристократия.
 Сразу же после похорон, когдасобрался
королевский совет, на котором нужно было решить о передаче власти,
королева Лиз заявила, что она желает, чтобы ее сын Эдвард прибыл в Лондон
в сопровождении большой армии, которую возглавят ее брат и ее сын от первого
брака! И
 партия королевы подхватила этот выпад, требуя, чтобы опека над королем до
достижения им совершеннолетия была дана дяде короля по материнской(!) линии. Стране угрожала новая гражданскаявойна. Совету удалось, все-таки, ограничить конвой принца для вступления всобственную столицу «всего» 2 000 всадников. Всего – потому что на момент
смерти Эдварда IV лорд Риверс, брат королевы, обладал практически
неограниченной властью, и, к тому же, в его руках находился наследник престола,
ребенок, от имени которого лорд мог делать, что угодно.
 Но, кроме про-вудвиллской и анти-вудвиллской партий, в стране была ещеодна, третья сила, которая при жизни Эдварда 4 в придворных дрязгах не
участвовала. Этой силой были Плантагенеты: Ричард Глочестер и Генри Бэкингем. И Ричард, и Генри могли быть более подходящими с
легальной точки зрения опекунами несовершеннолетнему королю. Как максимум – оба
они были прямыми наследниками Эдварда III, причем Генри Бэкингем по мужской
линии (ланкастерианской). И с незапятнанной неравными браками родословной,
кстати.
 Сам же Ричард во время всех этих горячих дебатов за сферы влияния провелвремя в дороге от границ Шотландии в Йорк, организовывая в больших городах
торжественные мессы за упокой души своего брата. Ничего не зная ни о
планах королевы. Будучи достаточно далеко от
придворных дрязг и ежедневного пережевывания мелких оскорблений благородного
достоинства, имея под неограниченным управлением половину королевства, Ричард
вряд ли даже задумывался над проблемой передачи короны от брата к племяннику.
Король умер, да здравствует король, как же иначе?
 Так было, пока Ричард не добрался
до Йорка, где его ожидал посланникгерцога Бэкингема со свежими новостями. Вскоре прибыл и сам Бэкингем.
  Последний, несомненно, привез новые неприятные известия о том, что лордРиверс, будучи Лордом Казначеем, запустил руки в фонды морского ведомства, чего
он делать права не имел: Лордом Адмиралом был Ричард. Возможно, они рассуждали
и о том, почему родичи, узнав о приближении Ричарда к Нортхемптону, спешно
перевели принца в Стоуни Стратфорд, который был в 13 милях. Было ли это
попыткой предотвратить встречу принца и его дяди?
 Ричард действовал очень быстро.
Когда наутро лорды продрали глаза,оказалось, что все улицы и выезды из города перекрыты. Выехать из Нортхемптона
лорды смогли только в компании Ричарда и герцога Бэкингема. На окраине города
они были арестованы людьми Бэкингема, а оба герцога помчались в Стоуни
Стратфорд. Они еле-еле успели, и то благодаря тому, что люди Риверса и Грея
несколько расслабились в отсутствии хозяина, и замешкались с выездом. Стало
вполне ясно, что если бы Ричард со спокойной душой отпустил Риверса и Грея, а
сам направился позже в Стоуни Стратфорд, он там племянника не застал бы.
Ричард арестовывает
 Риверса, Томаса Вогана иГрея и отправляет их под конвоем в
Помфрет Кастл. А сам везет племянника в столицу.
 О том, что у Вудвиллов были явные
планы на полный перехват власти вкоролевстве, говорит то, с каким животным ужасом
Элизабет, вдовствующия
королева, приняла известие о том, что ее сын приближается к Лондону не в
сопровождении ее брата, а Глочестера и Бэкингема. Спешно собрав детей и
ценности, она бежит в Вестминстерское аббатство искать неприкосновенное
убежище.
 Глостер, Бэкингем и принц Эдвард, сопровождаемые принятым по
протоколуэскортом, прибыли к Лондону 4 мая, к назначенному дню коронации.
Пока
 все шло по протоколу.


Я-Маша, ко мне на ты, пожалуйста.
 
shelenДата: Четверг, 29.03.2018, 22:14 | Сообщение # 49
Генералиссимус
Группа: Модераторы
Сообщений: 2910
Награды: 15
Репутация: 15
Статус: Offline
Машино продолжение: 

Добавлено
 (29.03.2018, 19:32)
---------------------------------------------
Относительно обстоятельств казни Риверса, Грея и Вогана есть довольнопротиворечивые мнения -  точкойпреткновения стало место казни – Понтефракт. Современники из Мидлендс (средней части Англии) нетолько свидетельствуют, что суд был, но и называют графа Нортумберленда
председателем этого суда. Что же там случилось на самом деле? На самом деле, на
момент эпизода в Стони Стратфорд, Глостер был носителем трёх высших должностей
королевства, не говоря о том, что он являлся единственным взрослым наследником
престола по мужской линии. Теперь факты. Наша троица, после ареста 30 апреля,
не была помещена в одно место заключения. Риверс был отправлен в Шериф Хаттон,
Грей – в Миддлхем, и Воган – в Понтефракт. Семья королевы не была склонна к
компромиссам и продолжала свою деятельность против протектората. И Риверс с
Греем были перемещены в Понтефракт, к Вогану. Нортумберленд не был другом или
почитателем Глостера. У них были весьма негативные моменты в прошлом,
потребовавшие даже вмешательства короля. Генри Перси служил Англии в должности
хранителя приграничных с Шотландией областей, и был назначен Глостером, на
время его отсутствия, хранителем и Западной Марки. У него, таким образом, была
огромная власть, а у его рода – огромный авторитет в регионе. Нет, он не стал
бы действовать в качестве марионетки, ни в коем случае. Похоже, суд все-таки
был и все трое были признаны виновными в государственной измене, ну и,
соответственно, казнены.А Ричард тем временем готовит племянника к коронации, причем очень спешит... Почему? И вот здесь стоит вернуться к личности отца принцев - королю Эдуарду. Этот король был весьма неразборчив в связях, а по простому говоря, был бабником. При этом со своей совестью Эдвард договаривался очень легко. Это его и подвело. Существуют ОЧЕНЬ веские основания считать, что в момент заключения брака с Лиз Вудвилл Эдуард УЖЕ был женат (на некоей Элеоноре Батлер). Нелегальность брака Эдварда 4 с Элизабет Вудвилл давным давно не быласекретом ни для Ричарда, ни для герцога Бэкингема, который был кузеном и леди
Элеонор Батлер тоже. Жив был и епископ Бата и Уэллса д-р Стиллингтон, кто тайно
венчал Эдварда и Элеонор. От епископа молчания потребовал король, семья Эдварда
молчала, собственно, от стыда и из солидарности, а сама леди Элеонора была
настолько потрясена случившимся, что полностью отказалась от светской жизни,
затем ушла в монастырь и вскоре умерла в 1466 году. Тем не менее, на момент
брака Элизабет и Эдварда она монахиней не была, что делало Эдварда двоеженцем, что, в свою очередь, автоматически делает принцев бастардами и лишает их права на престол.
 И Ричард спешит короновать племянника. Но тут случается скандал - епсископ Стиллингтон делает официальное признание!
Тем не менее, Ричард, очевидно, не имел ни малейших претензий на трон, покане понял, что просто в качестве Лорда Хранителя королевства ему клика Вудвиллов
спокойно жить не даст, как доказал только что обезглавленный в буквальном
смысле слова заговор. Вполне логично также предположить, что он окончательно
разочаровался к 20-м числам июня и в племяннике – тот был Вудвиллом, не
Плантагенетом. Наверняка не обошлось и без задушевных убеждений герцога
Бэкингема, что, конечно, не снимает ответственность за решение с самого
Ричарда. Прокламация прав Ричарда исходила от мэра Лондона, его
брата-проповедника и лондонских шерифов, которые совсем недавно клялись в
верности Эдуарду 5, когда тот въезжал в город . Поскольку доказательства
двоеженства исходили от человека, самолично проведшего обряд, они имели
определенный вес. Но еще больший вес его показаниям придало то, что сразу после
смерти лорда Гастингса была арестована его и Эдварда IV любовница, скандально
известная Джейн Шор, живое свидетельство шатких моральных принципов покойного
короля. Итак, 22 июня проповедник церви св. Павла д-р Ши (Shaw) процитировал
своим слушателям подходящий текст из Книги Мудрости, произнес проповедь о
недопустимости беспорядочной жизни, и прямым текстом заявил, что дети покойного
короля не являются законными, не могут наследовать престол королевства, и
единственным подходящим наследником короны, поэтому, является брат Эдварда IV,
нынешний Лорд Протектор королевства, герцог Ричард Глочестер. Впоследствии в
работах о Ричарде III утверждалось, что он изначально планировал опубликовать
заявление своей матери о том, что Эдвард не был сыном герцога Йорка. Это
утверждение всерьез отказывались принимать даже многие викторианцы-историки, а
уж современники Ричарда и вовсе ни о чем подобном не упоминают. Запустил эту
сплетню почтенный Полидор Виргилий, который записывал те слухи, которые слышал
при дворе Генриха 7. И дело было вовсе не в том, что Генрих хотел просто
уничтожить память о своем ненавистном предшественнике, и навеки очернить его в
глазах будущих поколений. Это всё было только следствием главной цели действий
Генриха: запутать момент перехода власти к Ричарду. Ведь его собственная жена,
Элизабет, на законности прав которой в значительной мере обосновывал свои права
и Генрих, была дочерью Эдварда IV от Элизабет Вудвилл! Акт парламента, ясно
говорящий о незаконности детей Эдварда от этого брака, был опасным оружием
против будущих Тюдоров. Вот Генрих и вложил в уста преподобного Шу абсурдную
версию о том, что почтенная мать одиннадцати детей имела только одного
законного сына, Ричарда. Самое же забавное, что это событие обсуждения
кандидатуры будущего короля и отправка делегации к Ричарду однозначно
доказывает, что узурпации-то не было. Король был избран парламентом на
вакантный трон, и парламент Англии давным-давно имел право избирать и
отстранять от правления короля страны, хоть и нечасто этим правом пользовался. Максимум,
в чем можно обвинить Ричарда Глочестера – это в том, что он, уже зная о том,
что его племянник является бастардом по букве закона, промолчал об этом, и
поклялся ему в верности, а за ним поклялись и все остальные. С другой стороны,
это свидетельствует только о том, что буквоедом Ричард не был. Он знал, что
принц Эдуард – сын его брата, и он не знал принца совершенно, чтобы судить,
сможет ли тот стать независимым от родни по матери королем. И, что важно, в тот
момент существовала явная опасность гражданской войны, если бы такая клятва не
была бы принесена. Когда выяснилось, что принц с каждым днем не любит Ричарда
все сильнее, было бы со стороны Ричарда глупо не пустить в ход свой
убийственный аргумент о незаконности происхождения капризного мальца. 26 июня
1483 года герцог Ричард Глочестер стал королем Ричардом III. Ему было 30 лет и
8 месяцев. Казнь лорда Гастингса

Версия Шекспира - арестован в зале совета, выволочен во двор и казнен за верность Эдварду 5. Но у нас нет ни малейшего намёка, что и почему произошло на самом деле.Выдумки Мора про высохшую руку и обвинение в колдовстве были позже, намного
позже. История об аресте Гастингса так бредова именно потому, что она полностью
выдумана, причём выдумка должна была сослужить службу, представить Ричарда
суеверным параноиком и жестоким убийцей. Никто, кроме присутствующих, не мог
знать, что произошло на том памятном заседании совета. Ворота Тауэра были
закрыты. Попробуем рассуждать логически. Итак, Ричард намерен быть сильным
лордом-протектором королевства и как можно скорее короновать племянника, чтобы
предотвратить брожения, которые, несомненно, начались бы, если бы люди узнали
то, что к тому моменту наверняка уже знал он. Что провозглашённый, но не
коронованный король Эдвард 5 – бастард в глазах закона. Чтобы установить
протекторат, ему пришлось задавить попытку узурпации Вудвиллов, что не могло не
оскорбить королеву. Но протекторат не мог быть вечным, и как только его
племянник был бы коронован, его мать получила бы неограниченные возможности для
мести. Думал ли об этом Ричард? Возможно, нет. Собственно, он плохо знал
Элизабет Вудвилл. Пересекались они редко, и отношения их ограничивались
формальными подарками небольшой ценности по праздникам. Но Элизабет знали
Гастингс и Бэкингем – и сильно её не любили, каждый по своей причине. Так вот.
Бэкингем очень хлопотал в пользу того, чтобы никакого протектората вообще не
случилось. Поскольку магнаты и аристократы видели ситуацию более или менее в
том же свете, решение короновать Ричарда было единогласным. Во всяком случае, в
хрониках тех времён не зарегистрированы возражения. Но Гастингс был несколько
дальновиднее, потому что знал королеву Лиз долгие, долгие годы, и знал ещё то,
чего не знал никто, кроме её мужа. Эдвард, несомненно, перемывал косточки жене,
и с кем же ему это было делать, если не с лучшим другом. Гастингс мог
догадаться, что Лиз договорится с Ричардом – не вечно же ей сидеть с принцессами
в Вестминстере. И пусть принцессы оказались бастардами, негодными для
династических браков, тем хуже для Гастингса. Они были бы выданы замуж в
Англии, и у Гастингса появилась бы целая каста могущественных врагов. Не говоря
о том, что вдова покойного короля быстро обрела бы влияние при новом дворе – и
Гастингсу досталось бы. Не говоря о том, что принцы тоже не забыли бы ему ни
былых обид матери, ни предательства их интересов. Да, Гастингс был в хорошей
компании, но он всё равно был в этой компании чужим. Тот же Бэкингем был
герцогом королевской крови, а Гастингса поднял из ниоткуда покойный король. В
день ареста Гастингса, среди присутствующих он был единственным военным,
готовым действовать. Да, там был и Стэнли, но когда это Стэнли выступали с
открытым забралом? Присутствие Стэнли и Мортона говорит просто о том, что они
предложили Гастингсу нечто, гарантирующее ему безоблачное будущее. Нового
короля? Скорее всего. И, скорее всего, Бэкингема, не Тюдора. Поэтому клич
Ричарда «измена!!!» мог быть именно извещением своего эскорта о реальной
измене, собственно. На него напали в зале совета. И напал Гастингс. Поэтому он
и был казнён без суда и следствия.


Добавлено (29.03.2018, 19:55)
---------------------------------------------
Принцы из Башни

Факт: принцы исчезли из Тауэра. Всё остальное – домыслы и допущения.Оказывается, во времена Генриха VII циркулировали слухи, что принцев украли и
вывезли за границу. Это не невозможно, если вспомнить, что их дядюшка вывез из
Тауэра значительные суммы, принадлежавшие казне. Об этих слухах писал Бэкон в
Анналах Генриха 7. Интересно, что о том, что принцы живы, писали практически
все тюдоровские историки, отнюдь не расположенные к Ричарду. Возможно также,
что, поскольку одновременно с исчезновением принцев, случилось предательство
лорда Бэкингема,  Ричард поверил, что онидействительно были тайно убиты по приказу Бэкингема, чтобы подвести под удар
его, Ричарда. Возможно, что Бэкингем не имеет ничего общего с исчезновением
принцев, а просто представил рапорт об их исчезновении таким образом, чтобы
выгородить себя и навести тень на Ричарда, который оказался в патовой ситуации.
Племянников он представить публике не мог, а люди всегда готовы верить в самые
худшие преступления своих правителей. Практически в таком же положении оказался
сам Генрих VII, которого по сей день уверенно обвиняют в убийстве сына герцога
Кларенса. Эдуард граф Варвик был заключен им в Тауэр, как потенциальный
кандидат на корону, и после этого его никогда не видели. Хотя лорд Бэкон
утверждает, что Генрих распорядился, чтобы Эдвард Варвик показался людям в
воскресной процессии, чтобы пресечь слухи. У Ричарда такой возможности не было,
принцы действительно исчезли. Итак, Бэкингем. Почему бы и нет?Если убрать в никуда сыновей Эдварда 4, и скомпроментировать убийцей Ричарда,
то кто останется с большими правами на трон, чем сам Бэкингем, да еще при
условии, что решение о коронации того или иного претендента мог принимать
парламент, где Бэкингем имел огромное влияние? Только сын Кларенса. А тот был и
малолетен, и с запятнанной судьбой отца репутацией (реабилитация имени
родственников осужденного за государственное преступление была возможна актом
короля, но на тот момент это еще не было сделано – обычно эта реабилитация
проводилась, когда наследник рода входил в возраст, вместе с передачей
наследственных владений). Не будет совсем уж правильнымутверждать, что Ричарда не обвиняли в смерти племянников его современники. То
есть, сплетня была действительно запущена еще при жизни Ричарда. Но больше всех
постарался талантливый сэр Тома Мор. Томас Мор современником Ричарда не был, во
времена, которые он описывает, он был еще совсем маленьким, но объявить его
просто выдумщиком и подхалимом при Тюдорах было бы нечестно. Вполне вероятно,
что Мор верил в то, что он писал. Ведь Мор воспитывался в доме епископа
Мортона, и всю информацию о «злодее Ричарде» получил от своего воспитателя.
Мортон же смертельно ненавидел Ричарда за то, что тот свел на нет далеко идущие
планы епископа при малолетнем Эдуарде. Что еще хуже, Ричард Мортона помиловал!
Такое, конечно, простить было просто невозможно. Мор утверждает, что мысль об
убийстве племянников пришла Ричарду в голову по дороге из Оксфорда в Глочестер.
Очень странно. Ричард был коронован легально, потому что его племянники были
отвергнуты парламентом страны в качестве наследников престола по причине
незаконности их рождения. Они были совершенно легально «бастардизированы».
Почему он должен был желать их убрать? Ладно, допустим, что, будучи человеком
военным, он понимал, что сами племянники пока ему не опасны, а вот те, кто
попытается в будущем сыграть, их используя, могут причинить много вреда
королевству. Допустим даже, что он решил, что убрать племянников лучше тогда,
когда сам он будет далеко от Лондона.  Новот пассажо том, что Ричард отдал ПИСЬМЕННЫЙ приказ  – это уже просто беллетристика в стиле страшныхсказок. Чтобы Ричард Глочестер, известный своей скрытностью и замкнутостью,
доверил такой опасный и мрачный секрет бумаге?! Да ни за что. Это главный
резон. Второй – это личность Ричарда, его взятая линия поведения, взятая еще в
первое появление в Лондоне с племянником: мир, популярность, дипломатия.
Невозможно допустить, чтобы популярный король, лично улаживающий самые мелкие
распри своих подданных, вдруг решил сам себя подвести под обвинение в убийстве
сирот, племянников, родной крови. Опять же, да ни за что. Это даже если не
принимать в расчет явную и искреннюю набожность Ричарда, и его доверительные
отношения с леди Сесили, которая бы никогда не одобрила того, что ее гордость,
ее любимый, правильный сын, запятнал бы себя чудовищным преступлением. Следующий
момент: в своей истории Мор утверждает, что изначально Ричард приказал убить
принцев коменданту Тауэра, сэру Роберту Брэкенбери, но тот категорически
отказался, после чего Ричард был им крайне недоволен. И что же случилось с
бравым комендантом, возразившим королю, знавшим о «страшной тайне»? Он впал в
немилость? Был смещен, казнен? Ничуть не бывало. Сэр Брэкенбери остался
комендантом Тауэра с окладом в 100 фунтов, и затем неплохо продвигался по
службе. Более того, его братья были на службе у Ричарда, и сам сэр Роберт погиб
за Ричарда в последней битве короля. Те, кто обвинял Ричарда в убийстве племянников, указывают на реальный факт:Ричард действительно особо не расследовал эту историю, а если и расследовал, то
в глубокой тайне. Возможно, он верил, что племянников убили по приказу
Бэкенгема. Возможно, он точно знал, что принцев вывезли и спрятали, а в
условиях восстания Бэкингема лишние персонажи в возможных бунтах были ему не
нужны. А возможно, он совершенно точно знал, что принцы живы, потому что
спрятал их сам. Сейчас вообще получила популярность версия, что принцы дожили до воцаренияТюдора там, куда их спрятал Ричард, а Тюдор их убрал Вернее, обвиняют в
убийстве мать Генри Тюдора. В качестве причины выставляется факт, что Генри,
женившись на Элизабет Йорк, снова актом парламента легитимизировал детей
Эдварда IV. Таким образом, он должен был быть твердо уверен в том, что и принц
Эдвард, и принц Ричард мертвы. А уверенным в этом мог быть только тот, кто
видел их мертвыми, или кто знал, где и как они убиты. Следующий кандидат в убийцы – сэр Джаспер Тюдор, дядя Генриха Тюдора поотцовской линии. Именно он спланировал кампанию Генриха в Англию, именно он был
мозгом сильно поредевшей ланкастерианской партии в Англии, и – он женился на
вдове герцога Бэкингема, которая была и сестрой матери принцев. То есть, у
Джаспера была причина и была возможность убить принцев. Следующие кандидаты в убийцы – семейство Ховардов. Томас Ховард, графСюррей, был соратником Ричарда. Сэр Томас оказался единственным из круга
Ричарда, кто по какой-то неясной причине не только не был казнен, а очень даже
процветал при Генрихе VII. Избавив Генриха от потенциальных конкурентов, он мог
заслужить подобную милость, то есть причина была. Была ли возможность?
Разумеется. Мало того, что сэр Томас был приближенным Ричарда, он был и его
родственником, а родичам Ричард доверял. Если Ричард спрятал племянников,
Ховарды знали, где. Но все эти предположения и теории останутся предположениями и теориями дотех пор, пока правительство Англии не даст добро на изучение того, что
считается сейчас останками принцев. Можно только предположить, какой шквал
спекуляций, предположений и догадок поднимется, если будет доказано хотя бы с
точность процентов в 80, что останки не имеют ничего общего с «принцами из
башни». Ведь мало кто знает, что всего в нескольких метрах от того места, где
были найдены детские скелеты было найдено еще одно захороненние – римской эпохи.
В отказах на исследование останков нет ничего странного. Тюдоры считаются
спасителями Англии. О Генрихе VII повсюду пишут, что он прекратил гражданскую
войну. Тюдоры принесли в Англию международный блеск, они вывели нацию к ее
величию. Признать, что все они были бандой самозванцев, ведущей род от убийцы?
Да ни за что!

Добавлено (29.03.2018, 20:05)
---------------------------------------------
Ну и маленькая ремарка про Тюдоров

Сам Генрих 7 был, конечно, законным сыном, ну и что? Зато законность происхождения его отца вызывает большие сомнения - документа о браке Екатерины Валуа и Оуэна Тюдора - бабушки и дедушки Генриха, просто не существует. К тому же Екатерина никакими правами на английскую корону не обладала (про Оуэна даже говорить не будем). Так что со стороны папеньки имеем - возможно бастард, никаких прав на корону. Теперь мама - Маргарита Бофор - дочь Джона Бофорта, первого сына Джона Гонта от Екатерины Свинфорд. Все помнят, что дети этой парочки были признаны при условии, что НИ ОНИ, НЕ ИХ ПОТОМКИ НЕ ИМЕЮТ ПРАВ НА КОРОНУ!. Все - шах и мат. Тюдоры - узурпаторы и самозванцы.


Я валяюсь на траве, сто фантазий в голове. Помечтай со мною вместе, будет их не сто, а... двести.
 
LinceДата: Пятница, 30.03.2018, 03:51 | Сообщение # 50
Генерал-лейтенант
Группа: Друзья
Сообщений: 775
Награды: 34
Репутация: 6
Статус: Offline
"Коня, коня, корону за коня!"

- ну, вы уже догадались, что этого тоже не было? А было практически с точностью наоборот.

Итак есть король и есть претендент. Давайте их сравним. Надо сказать, что и в политическом,и в личностном плане Ричард Глостер  и Генрих Тюдор — фигуры совершенно несоизмеримые. В
1485-м Ричард
 3 являлся бесспорным главой дома Йорков, Тюдор же был всего лишь дальним и не совсем законным родственником Ланкастеров. Ричард не просто назывался королем, он был самым влиятельным и могущественным человеком в Англии; его могли не любить, зато все признавали его силу. Генрих Тюдор, напротив, целиком и полностью зависел от своего окружения. Ричард 3 имел огромный политический и управленческий опыт; Генрих Тюдор никогда не управлял даже поместьем. Ричард сражался с шестнадцати лет; Тюдор до высадки в Англии ни разу не держал в руках боевого оружия. Ричард 3 не раз демонстрировал личную храбрость, Тюдор был трусом — еще в 70-гг., когда его едва не выдали Эдуарду IV, Генрих серьезно заболел от страха. Ричард 3 был щедр, Тюдор - жаден и скуп (в историю Генрих 7 войдет с весьма не симпатичным прозвищем "Скряга"). Еще Филипп де Коммин отмечал, что «господь послал Ричарду 3 самого ничтожного врага». Короче, у Ричарда 3 не было оснований сомневаться в своем превосходстве.
Хронист отмечает, что когда Ричарду доложили о высадке Тюдора, эта новость его развеселила "Наконец-то!"- будто бы воскликнул король. Он знал, что собранная наспех армия французских наемников не идет ни в какое сравнение с его армией ветеранов. Ричард имел все основания не сомневаться в своих воинских способностях - с тех пор, как он командовал правым флангом при Барнете, а потом вел вперед авангард при Тьюксбери его войска одерживали только победы.
Своим аристократам Ричард приказал незамедлительно прибыть в Ноттингем с их личными эскортами. Но довольно быстро по стране пошли гулять слухи, что многие представители знати будут максимально затягивать с явкой. Большинство – просто потому, что
воевать, рисковать и нести расходы им не хотелось. То есть, им, по сути, было
совершенно безразлично, кто там будет сидеть на троне. Главное, чтобы король
обеспечивал функционирование государственной системы. Некоторым, как, к
примеру, Стэнли, было не всё равно, но своё мнение о том, кого они хотят видеть
на троне, они держали при себе. Со Стэнли вообще всё было не так просто. Да, король Ричард знал, что они поддерживали Тюдора, но, похоже, относил это к влиянию леди Маргарет Бьюфорт на мужа. Что касается отпуска Томаса Стэнли, который, якобы, был ему дозволен только при условии того, что старший сын сэра Томаса останется в роли заложника при дворе, всё ещё
более туманно.  Тем не менее, Стрэндж действительно был арестован, когда Томас Стэнли отказался явиться к Ричарду, ссылаясь на болезнь. Более того, оп пытался бежать, был перехвачен, и сделал признание, что состоял в коспиративном заговоре со своим дядей, Уильямом Стэнли и сэром Джоном Саваджем, имевшим целью помощь Тюдору. После этого, лорд
Стрендж написал отцу, заклиная его немедленно прибыть со всей обещанной королю
силой. В самое утро сражения лорд Стрэндж послал к жене вестника с кольцом и напутствием хватать наследника и бежать из Англии. Похоже, что он не сомневался в победе Ричарда. Так что же пошло не так?
Судьбу этого сражения решили два предательства - одно пассивное (герцога Нортумберленда) и одно активное (лорда Стенли).

Основная часть армии Ричарда расположилась на  холме. Чуть севернее на правом фланге стояли силы герцога Нортумберленда. Меньше чем в километре к северу от
королевских войск, но все-таки в стороне выстроились воины Томаса и Уильяма
Стенли. Ричард III приказал Стенли подойти ближе и занять позицию на правом
фланге, но они не двинулись с места. Вероятно, братья по-прежнему не желали
рисковать и выжидали удобного момента, чтобы поддержать победителя. Главной
фигурой в войске Генриха Тюдора был не претендент на корону, а Джон де Вейр
граф Оксфорд. Именно на него было возложено общее командование. Сам Генрих находился не впереди и даже не в центре войска; в окружении небольшой конной охраны он расположился как можно дальше от опасности — позади остальных воинов.
Если верить письменным источникам, битва началась с того, что мятежники под руководством
графа Оксфорда попытались атаковать королевские войска, но путь им преградило
небольшое болотце. Отряды Оксфорда вынуждены были повернуть и обойти
заболоченный участок по его северному краю. Во время этого маневра они оставили
у себя в тылу воинов Стенли. Ричард III послал к Стенли гонца с приказом
немедленно напасть на бунтовщиков. Ответ был не самым любезным — Томас Стенли
помнил о том, что его сын лорд Стрендж находится в заложниках у короля, но и
король должен иметь в виду, что у Стенли много сыновей.  Тем временем воины графа Оксфорда успешно атаковали ряды сторонников короля. Командовавший левым флангом короля герцог
Норфолкский был убит. Ричард III попытался собрать силы для контрнаступления. Он
приказал графу Нортумберленду, воины которого пока не участвовали в битве,
напасть на правый фланг армии бунтовщиков. Однако граф отказался сдвинуться с
места — он якобы готовился отразить возможное наступление Стенли. После отказа
Нортумберленда вступить в бой стало ясно, что сражение проиграно. Ближайшие
соратники Ричарда III советовали королю бежать, ведь исход одной битвы вовсе не
обязательно решает судьбу всей войны. Отступление в данном случае вовсе не было
трусостью. И отец Ричарда герцог Йорк, и его старший брат не раз были вынуждены
не просто покидать поле боя, но и бежать из Англии, и тем не менее в итоге
оказывались победителями. Но Ричард поступает по другому. Как раз в этот момент разведчики донесли ему,  что из-за удачного наступления графа ОксфордаГенрих Тюдор и его охрана уже не былискрыты плотными рядами верных воинов. И
это спровоцировало короля рвануть через свой северный фланг убивать претендента.
Рыцарь до мозга костей, Ричард хотел решить судьбу противостояния в личном
поединке. Во главе немногочисленного отряда самых преданных сторонников Ричард
ринулся в атаку. По видимому, в числе этих сторонников Ричарда были испанские
рыцари (после смерти Анны Невил Ричард рассматривал возможность брака с Джоан
Португальской или Изабеллой Кастильской и Арагонской - между прочми, старшей
сестрой будущей жены Генриха 8 Екатерины Арагонской).
  Именно благодаря их присутствию, правдивоеописание последней атаки Ричарда сохранилось в испанских хрониках. В своем
последнем бою Ричард бился так храбро и доблестно, что это отметили даже его
злейшие

враги.  Он лично сразил как минимум двух рыцарей. В начале столкновения король
убил Джона Чейни — рыцаря высокого роста и крепкого телосложения. Затем он
зарубил знаменосца Тюдора Уильяма Брендона и поверг на землю штандарт Тюдора с
изображением красного дракона. Но Ричарду,
 вероятно,и в голову не приходило, что трусливый Тюдор не примет вызов, а спрячется за спины своих воинов. Ричарду
пришлось в буквальном смысле прорубаться к своему врагу. Да –да, Шекспир опять
врет, никакого боя между Ричардом 3 и Генрихом Тюдором не было и быть не могло.
Просто потому, что у
 Генриха, никогда не сражавшегося даже на турнирах, не было никаких шансов выстоять в поединке с опытным воином Ричардом даже 30 секунд. Но в этот момент Ричард 3  увидел, что на него несется трехтысячный отряд Стенли. Лорд наконец дождался по-настоящему удачного момента. Теперь Стенли мог спасти жизнь будущего короля
и тем самым заслужить его вечную признательность. Единственное, что правдиво в
пьесе Шекспира, так это то, что конь Ричарда дествительно увяз в трясине. Но
Ричарду тут же подвели другого коня и предложили бежать – возможность к отступлению все
еще была. В испанских отчетах, и в хрониках Виргила повторяется информация об
отказе короля принять лошадь и отступить. «Сегодня или закончится война, или
закончусь я», - с этими словами Ричард
 принял  свой последний, безнадежный бой.  Немногочисленные воины Ричарда III не смогли отразить атаку противника, имевшего более чем тридцатикратный численный перевес. В этом последнем бою погибли констебль Тауэра Роберт Брекенбури, сэр Ричард Ретклиф и многие другие. Выжившие слышали, как король, «бившийся в
одиночку против множества врагов», несколько раз крикнул: «Измена!» . Все это
время будущий Скряга стоял в стороне и просто смотрел, как грязную работу за
него делают другие (хотя возможно, Генриха просто на некоторое время
парализовало от страха).
 Эксперты, исследовавшиеостанки Ричарда 3, насчитали на его теле 11 ран. Три сравнительно легких ранения в голову говорят о том, что в какой-то момент король лишился шлема, но еще несколько минут продолжал сражаться. Тем не менее исход боя был предрешен. Возможно, кровь залила королю глаза и он пропустил смертельный удар
алебарды....


Я-Маша, ко мне на ты, пожалуйста.

Сообщение отредактировал Lince - Пятница, 30.03.2018, 04:08
 
Форум » Вышивка » Конкурсы и Игры » Книга путешествий (Путевой дневник "Большой Регаты на Bellebroderie")
  • Страница 3 из 3
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
Поиск: